Люди как главный ресурс, который заканчивается. «Контекст»
Рассылка Би-би-си, 10 июля 2026
Всем привет! С вами команда рассылки Русской службы Би-би-си «Контекст».
На этой неделе сразу несколько событий в разных точках мира — в Москве, Львове, Стамбуле и Вашингтоне — могут быть предвестниками того, что война входит в новую фазу. Россия ищет источники пополнения армии и усиливает ракетные удары по украинским городам. Украине же все сложнее находить баланс между потребностями фронта и внутренним единством общества. Саммит НАТО, который должен был показать, что в блоке царят единство и стабильность, в итоге запомнился едкими комментариями союзников в адрес друг друга.
С МИРУ ПО НИТКЕ
Россия расширяет географию вербовки все дальше
Еще несколько лет назад трудно было представить, что в одном расследовании рядом могут оказаться граждане Уганды, США, Непала и Кубы, Индии и Северной Кореи. Но сегодня именно так выглядит география людей, которых Россия вовлекает в войну против Украины.
На этой неделе мы обновили наш поименный список погибших российских военнослужащих. Сейчас в нем 233 033 имени. Но, помимо общих цифр, мы решили подробнее рассказать об иностранцах, которые воюют в рядах российских сил. Это граждане более 40 стран — по меньшей мере 3 589 человека. В это число входят и военнослужащие из Северной Кореи (число потерь Пхеньяна и частично их имена установили наши коллеги из Корейской службы Би-би-си) и 1 285 иностранца со всего мира, чьи имена мы смогли подтвердить вместе с коллегами из «Медиазоны» (признана в России «иноагентом») и волонтерами.
Один из погибших — 45-летний таксист из Уганды Эдсон Камвесигие. Он ехал в Россию работать охранником. Но вместо тихого места на складе через несколько дней он написал жене, что проходит военную подготовку и скоро отправится на фронт. Его последними словами были: «Помолитесь за меня». Уже через неделю после этого сообщения он погиб под Купянском. Таких историй в нашем расследовании сотни.
Если посмотреть на биографии погибших иностранцев, становится видно, как менялась российская система рекрутинга. Сначала на войну массово набирали заключенных из российских колоний. Затем — иностранцев, которых привлекали обещаниями высоких заработков. А с середины прошлого года, по словам правозащитников, усилилось давление на трудовых мигрантов внутри России и активизировалась вербовка жителей из неблагополучных африканских стран.
Масштабы этого процесса пока не стоит переоценивать. Даже с учетом северокорейских военных иностранцы составляют меньше двух процентов от всех погибших, чьи имена нам удалось установить. Российская армия по-прежнему воюет прежде всего силами самих россиян. Но география вербовки становится все шире — и это, пожалуй, один из самых заметных признаков того, насколько дорого Кремлю обходится уже пятый год войны.
Подробнее обо всем этом можно почитать здесь (ссылки на наш сайт в этом письме откроются без VPN).
МОБИЛИЗАЦИЯ НА ПРЕДЕЛЕ
Как беспорядки во Львове стали симптомом более глубокой проблемы
По другую сторону фронта — в Украине — людей на передовой тоже не хватает. Но там эту проблему решают несколько иначе.
Последние два дня в украинском сегменте соцсетей идет бурное обсуждение видео, на которых около двухсот человек окружают, а затем переворачивают автомобиль, принадлежащий ТЦК (аналогу российского военкомата).
Конфликт начался после того, как сотрудники ТЦК остановили мужчину для проверки документов. По данным властей, выяснилось, что он находился в розыске за нарушение правил воинского учета. Его увезли на военно-врачебную комиссию, а оставшийся автомобиль ТЦК оказался заблокирован толпой. Беспорядки продолжались больше пяти часов. Двое военнослужащих получили легкие травмы, полиция и прокуратура начали расследование (все подробности можно почитать тут).
Сам по себе этот эпизод вряд ли стал бы главной новостью. Видео того, как сотрудники ТЦК хватают на улицах мужчин, а жители Украины их отбивают, уже несколько лет публикуются и горячо обсуждаются в соцсетях.
Но в событиях во Львове украинские политики, правозащитники и многие обозреватели увидели отражение куда более серьезной проблемы — кризиса доверия вокруг системы мобилизации.
За последние месяцы Украина не раз сталкивалась с конфликтами вокруг ТЦК. В обществе давно обсуждают случаи злоупотреблений, жестких задержаний и коррупции. На этом фоне даже законные действия сотрудников ТЦК все чаще вызывают сопротивление. Именно поэтому власти, осудив нападение на военных, одновременно пообещали проверить и действия самих сотрудников ТЦК.
Пожалуй, наиболее показательной стала реакция украинского омбудсмена Дмитрия Лубинца и военного омбудсмена Ольги Решетиловой. Они заявили, что дело не только в конкретной драке во Львове, а в том, что государство слишком долго откладывает реформу мобилизации. По их словам, доверие постепенно размывается, а обществу нужны более понятные, прозрачные и справедливые правила призыва.
Украине по-прежнему нужны новые военнослужащие на фронте, и отказываться от мобилизации в Киеве не собираются. Но события во Львове показали, что по мере того, как война продолжается уже пятый год, все сложнее становится не только находить людей для армии, но и сохранять общественное согласие вокруг самой системы призыва.
ПОСЛЕДНИЙ АРГУМЕНТ
Сможет ли Россия долго сохранять нынешний темп ракетных ударов
Тем временем, по данным источников Reuters, Кремль хочет повысить интенсивность боевых действий в Украине. Владимир Путин считает, что сейчас у России есть возможность усилить военное давление на Украину и тем самым добиться более выгодных условий на возможных переговорах, отмечают осведомленные собеседники Reuters.
Похоже, одним из главных инструментов этой стратегии становятся баллистические ракеты.
Только за первые десять дней июля Россия трижды нанесла массированные удары по Киеву. Погибли около пятидесяти мирных жителей. Владимир Зеленский назвал баллистику главной ставкой Кремля.
Наши коллеги из Украинской службы Би-би-си решили разобраться, насколько долго Россия вообще способна поддерживать такой темп. Вывод получился неоднозначным. С одной стороны, российская оборонная промышленность сегодня производит значительно больше высокоточных ракет, чем в начале войны. Кроме того, армия стала чаще использовать гиперзвуковые «Цирконы», которые особенно сложно перехватывать.
С другой стороны, по оценкам украинской разведки и большинства независимых экспертов, Россия уже приблизилась к пределу своих производственных возможностей. Чтобы проводить по шесть–семь массированных ракетных атак в месяц, ей пришлось бы расходовать стратегические запасы быстрее, чем удается производить новые ракеты (для тех, кого интересуют детали, вот полный разбор).
Это не означает, что удары по украинским городам скоро прекратятся. Скорее наоборот. Пока Украина испытывает нехватку ракет для комплексов Patriot, Кремль, вероятно, попытается максимально использовать это окно возможностей. Но если оценки экспертов верны, то столь высокий темп атак будет трудно поддерживать долго.
