День независимости или День Трампа? Как юбилей Америки превратился в спор о президентской власти. «Контекст» от Марины Ромадовой
Рассылка Би-би-си, 3 июля 2026
Добрый вечер, с вами выпускающий редактор Русской службы Би-би-си Марина Ромадова.
Праздник, который всегда объединял Америку, в год ее 250-летия неожиданно стал причиной нового раскола. В этом письме поговорим о том, почему демократы обвиняют Дональда Трампа в «приватизации» национального юбилея и использовании его в интересах собственной политической повестки, а также почему разногласия вокруг праздника быстро переросли в куда более широкий спор — о границах президентской власти и будущем американской демократии.
ОДИН ЮБИЛЕЙ, ДВЕ АМЕРИКИ
США встречают 250-летие в атмосфере раскола
4 июля для американцев — редкое сочетание большого государственного праздника и личного семейного дня. В этот день по всей стране проходят парады и концерты, гремят салюты, а миллионы людей собираются с родными и друзьями на барбекю, играют в корнхол, поедают специально по этому поводу испеченный торт в виде американского флага и читают детям Декларацию независимости. Мало какой праздник так объединяет страну. Именно поэтому празднование 250-летия Соединенных Штатов должно было стать не просто главным государственным событием года, а символом национального единства.
Но вместо объединения страна получила новый повод для раскола.
По всей Америке пройдут грандиозные торжества — исторические реконструкции, концерты, праздничные шествия и фейерверки. В Вашингтоне кульминацией праздника станет масштабный митинг Дональда Трампа на Национальной аллее, на котором президент пообещал пролет военных самолетов, «крупнейший в мире» салют и «действительно длинную речь», чтобы показать, что он «способен на все».
Однако впервые за многие десятилетия главный национальный праздник сопровождается ожесточенным спором не только о том, что именно празднует Америка, но и о том, кому принадлежит этот юбилей.
Главный корреспондент New York Times в Белом доме Питер Бейкер помнит, как ребенком отмечал 200-летие Америки. По его словам, нынешний юбилей страна встречает в совершенно ином настроении.
«Тогда все объединились — люди размахивали флагами, вспоминали Американскую революцию и размышляли о ее значении. Сегодня атмосфера совершенно другая», — говорит он.
Бейкер всю жизнь прожил в Вашингтоне и хорошо помнит, каким еще недавно было 4 июля.
«Хотите вспомнить, что когда-то делало Америку великой? Это были пикники на Национальной аллее. Люди приносили корзины с едой, слушали концерт Национального симфонического оркестра, а потом вместе смотрели фейерверк. В этом году вместо привычного семейного праздника нас ждет, по сути, политический митинг», — рассказывает журналист.
Традиционный пикник на Национальной аллее теперь не устроить: из-за беспрецедентных мер безопасности в связи с выступлением Трампа посетителям запрещено приносить складные стулья, переносные холодильники с едой, мячи и фрисби.
Но главное противоречие — не в изменившемся формате праздника.
По сути, говорит Бейкер, сегодня две Америки празднуют один и тот же юбилей. Для Трампа и его сторонников это повод вспомнить страну, какой она, по их мнению, должна была остаться: более традиционной, менее открытой для иммиграции, с сильной промышленностью и консервативными ценностями. Их оппоненты, напротив, видят в американской истории прежде всего путь постепенного расширения свободы и воплощения идеалов, провозглашенных в Декларации независимости.
Поэтому спор вокруг нынешнего Дня независимости давно перестал быть спором о праздничной программе. На кону оказалось гораздо больше — борьба за право определять, какой должна быть Америка, кто вправе говорить от ее имени и какой смысл вкладывать в ее главный национальный праздник. Именно этим во многом и объясняется политическая буря, развернувшаяся вокруг юбилейных торжеств еще до их начала.
«ОТ ТЩЕСЛАВИЯ К БЕЗУМИЮ»
250-летие Америки как политический проект Трампа
Накануне грандиозного празднования демократы в Палате представителей нанесли Белому дому болезненный политический удар. Группа демократов в комитете по природным ресурсам опубликовала доклад с говорящим названием «От тщеславия к безумию: как Белый дом украл у американцев их 250-летний юбилей».
По версии авторов документа, администрация Дональда Трампа фактически поставила общенациональный праздник на службу президенту и его политическим союзникам, превратив юбилей в инструмент агитации Республиканской партии и личного пиара Трампа.
В докладе утверждается, что Белый дом по сути подчинил себе созданную Конгрессом непартийную организацию America250, отвечавшую за подготовку юбилейных мероприятий, и выстроил рядом с ней непрозрачную структуру Freedom 250. Именно через нее, говорится в документе, перераспределялись пожертвования, заключались многомиллионные контракты и проводились мероприятия, больше напоминавшие предвыборные митинги Республиканской партии.
Как сказано в документе, «юбилей был захвачен и извращен, превратившись в рассадник коррупции и личного обогащения», а созданная для общенационального праздника инфраструктура стала «аппаратом по сбору и расходованию денег в интересах эго президента, его политической идеологии и любимых проектов».
В докладе говорится, что потенциальных спонсоров могли вводить в заблуждение, побуждая их направлять деньги не официальному организатору юбилея, а подконтрольной администрации структуре. По мнению демократов, такие действия могут подпадать под статьи о мошенничестве.
Авторы доклада утверждают, что доступ к президенту фактически стал частью спонсорских пакетов стоимостью от 500 тысяч до более чем 10 миллионов долларов. Среди самых ярких примеров они называют масштабное шоу UFC, прошедшее в Белом доме в день 80-летия Трампа. По их версии, государственные ресурсы использовались для частного мероприятия, а среди его спонсоров были компании, ожидавшие решений федеральных регуляторов.
Отдельная глава посвящена сбору персональных данных. По утверждению авторов доклада, регистрация на бесплатные праздничные мероприятия проходила через платформу, связанную с бывшими руководителями избирательной кампании Трампа. Таким образом, посетители, сами того не подозревая, могли пополнять базу данных потенциальных избирателей Республиканской партии.
Не менее жесткие претензии касаются идеологического содержания юбилея. Авторы утверждают, что вместо общегражданского праздника Белый дом продвигал идеи христианского национализма. Передвижные выставки для школьников, подготовленные при участии консервативных организаций, представляли историю США как исключительно христианский проект, а из материалов национальных парков исчезли упоминания рабства, насильственного переселения коренных народов и проблем с изменениями климата.
Ни Белый дом, ни республиканцы пока публично на доклад не ответили. Это, впрочем, не первая атака демократов на Freedom 250. Похожие обвинения звучали минувшей зимой на слушаниях в Конгрессе. Тогда администрация Трампа тоже не вступала в публичную полемику. Можно предположить, что и в этот раз Белый дом проигнорирует обвинения.
При этом важно подчеркнуть, что нынешний доклад является промежуточным и отражает позицию демократов, а не всего профильного комитета по природным ресурсам Палаты представителей. Однако, по мнению его авторов, гораздо важнее не сами предполагаемые злоупотребления, а создаваемый прецедент.
Если государственные институты начинают работать в интересах одной политической силы и одного лидера, это неизбежно ставит куда более фундаментальный вопрос: где проходят границы президентской власти в американской демократии? Именно вокруг этого сегодня и разгорается главный политический спор в США.
«У НАС КОНСТИТУЦИЯ, А НЕ МОНАРХИЯ»
Трамп создает опасный прецедент?
Пока противники Трампа выходят на акции под лозунгами «Нет королям!», «У нас Конституция, а не король» и «Демократия, а не монархия», его сторонники предлагают высечь лицо нынешнего американского президента рядом с гигантскими барельефами Джорджа Вашингтона, Томаса Джефферсона, Авраама Линкольна и Теодора Рузвельта на горе Рашмор.
Именно к этому знаменитому национальному мемориалу в Южной Дакоте Трамп приедет сегодня, накануне юбилея. Он давно и охотно подыгрывает мемам, где его изображают рядом с четырьмя величайшими президентами США, а в Конгрессе уже рассматривается законопроект, предлагающий официально добавить его портрет к высеченному в скале монументу.
Как пишет редактор Би-би-си по Северной Америке Сара Смит, президентство Трампа разожгло один из старейших американских споров — сколько власти может быть сосредоточено в руках одного человека. По ее словам, Трамп не просто пользуется своими полномочиями, а словно наслаждается их демонстрацией: требует публичной лояльности от подчиненных, жестко атакует оппонентов, оказывает давление на крупнейшие корпорации и недавно заявил, что для его власти «не существует никаких границ».
Для критиков это звучит как вызов самой идее американской республики. Они обвиняют Трампа в том, что он последовательно размывает границы президентских полномочий: начинает военные операции без одобрения Конгресса, широко использует чрезвычайные полномочия, разрушает сложившийся после Уотергейта принцип независимости Министерства юстиции, превращая его в инструмент борьбы с политическими противниками.
Трамп отвечает на эти обвинения с иронией: «Я не чувствую себя королем. Чтобы добиться хоть какого-то решения, мне приходится проходить через ад».
Впрочем, сторонники президента призывают не путать создаваемый Трампом публичный образ с реальностью. Старший директор консервативного аналитического центра America First Policy Institute Джошуа Тревиньо считает, что «в случае с Трампом очень легко принять эффектную форму за реальное содержание». По его мнению, яркий политический стиль президента еще не означает беспрецедентного расширения его полномочий.
Однако спор давно вышел за рамки личности Трампа, пишет Сара Смит. Он уходит корнями в XVIII век, когда отцы-основатели США пытались ответить на тот же вопрос: насколько сильной должна быть президентская власть? Некоторые вообще предлагали сделать исполнительную власть коллегиальной. Другие, напротив, считали, что глава государства должен быть наделен более сильными полномочиями.
«Вы опасаетесь монархии; я — аристократии. Поэтому я предпочел бы более сильного президента и менее влиятельный Сенат», — писал в 1787 году Джон Адамс, будущий второй президент США, Томасу Джефферсону, будущему третьему президенту. Для Адамса главную угрозу представляла власть узкой элиты, для Джефферсона — единоличное правление.
Даже титул президента долго оставался предметом споров: всерьез обсуждались обращения «Его Высочество», «Его Превосходительство» и даже «Его Избираемое Величество». В итоге победила модель власти, основанная на системе сдержек и противовесов.
Именно эта система, отмечает Сара Смит, сегодня вновь проходит проверку на прочность. Ведь каждое расширение полномочий Трампа становится прецедентом для тех, кто придет после него. Вот почему спор о власти Трампа — это в конечном счете спор не только и не столько о нем самом, сколько о будущем американской демократии.
Не случайно первый президент США Джордж Вашингтон, вступая в должность в 1789 году, сказал, что глава государства должен прежде всего помнить о собственных ограничениях. Трудно представить, чтобы человек, называющий себя «величайшим президентом в истории», подписался под этими словами сегодня, отмечает Сара Смит.
